В лагерь, к батюшке

— Мне здесь очень нравится, лагерь для меня — второй дом, — с радостной готовностью сообщила четырнадцатилетняя Даша из хутора Каяльский. — Не хочу отсюда уезжать, пусть бы время тянулось и тянулось…

— Мы в походы ходили, на байдарках плавали, мастер-классы проводим, музыканты к нам приезжали, — подключается двенадцатилетняя Люба из Ростова.

— У нас даже свой надувной бассейн есть — посмотрите, — показывают в глубь сада, где среди фруктовых деревьев голубеет внушительных размеров чаша.

За разговором девочки не прекращают хлопотать, готовясь к вечернему концерту: причесывают друг друга, повязывают ленты, подправляют костюмы, только что привезенные из Ростова священником Сергием Красниковым, руководителем православного лагеря. Батюшкой, как к нему все здесь обращаются.

По сложившейся традиции, каждая лагерная смена завершается большим праздником — с танцами и песнями, накрытым столом со всякими вкусностями, запускаемым в ночное небо салютом. В этот вечер все это тоже должно было состояться. И, когда я общалась с девочками, точно такие же приготовления шли у мальчиков — на «мужской половине» лагеря, в другом конце хутора Новониколаевский в Азовском районе.

Так здесь заведено: девочки и мальчики проживают отдельно. В соответствии с православными традициями скромности, пристойности, соблюдения этических барьеров. Чтобы девочек воспитывать как будущих мам, хозяек, а в мальчиках формировать черты защитников, надежных и сильных. Поэтому девочки, приехав в лагерь, живут в старом деревянном доме напротив храма, а мальчики — в спартанском помещении бывшей хозпостройки, спят в спальниках. Считай, военно-полевые условия. Но всем очень нравится. А встречаются все друг с другом во время завтраков, обедов, ужинов (трапез, говоря по-здешнему) и общих мероприятий, игр.

— Раньше мы вообще жили в палатках, — вспоминает Мария Герасина, представитель епархиального благотворительного фонда «Наши дети», с подачи отца Сергия занимающегося лагерем. — Хозяева вот этого земельного участка, по сути, пускали нас к себе как гостей. Но потом им, видать, понравились гости — и они подарили нам землю. Она теперь принадлежит нам, будем строить здесь стационарные домики, кое-что уже начали…

— А пока что трапезничаем вот здесь, — показывает на длинные столы под навесом. — Концерты проводятся вон на той эстраде в низине…

— На какие же средства существует лагерь? — не могу удержаться от вопроса.

— Прихожане жертвуют, спонсоры помогают, батюшка наш — весь в кредитах. Да-да, — подтверждает, видя мое изумление, — отец Сергий берет кредиты, оформляя их на себя, и тратит на лагерь…

Про этого необычного батюшку, священника ростовского храма Всех Святых, в земле Российской просиявших (таково правильное название), Сергия Красникова, я слышала уже давно. Про то, что при его храме активно действует молодежный отдел. А сам батюшка (он, видать, очень спортивный человек) постоянно проводит с детьми соревнования, военно-патриотические игры, водит в походы. Недавно возил очередную группу в Мезмай, красивейшее место в Адыгее, где среди гор сохранились остатки старинного монастыря, ребята лазали по пещерам… Он даже с парашютом прыгает вместе с ними. Православный журнал «Источник» издает. А еще у него четверо родных детей и пятеро — усыновленных. Есть же такие люди! Интересно, как его на все хватает, что помогает?

— Вера, — произнес рядом со мной Машин голос: оказывается, задумавшись, я проговорила этот вопрос вслух.

— У нашего батюшки всегда столько разных идей, — продолжала она рассказывать. — Все наши необычные мероприятия придуманы им.

…Накануне как раз такое и было проведено. К нему заранее готовились, тренировались, однако в подробности никто не был посвящен, все открылось в последний момент. Ночью после отбоя, когда все уже спали, вдруг раздался сигнал тревоги. Подъем! Мальчишки в считанные минуты облачились в выданный им камуфляж, получили противогазы (до этого учились их надевать, знакомились с устройством), взяли в руки автоматы (муляжи, естественно) и отправились «освобождать заложников» (их роль играли девочки и младшие ребята), «захватывать преступников» (по сценарию — наркодельцов и поджигателей сухой травы). Штурмом брали «вражескую базу» (якобы окопавшийся в лесу «подпольный завод по производству наркотиков»).

Бегали, прыгали, преодолевали водные преграды, гоняли по лесам и полям. И лишь под утро счастливыми победителями вернулись в лагерь.

Игра? А они после такого на глазах меняются!

— Я своего ребенка после лагеря не узнала — он стал лучше, повзрослел, поумнел, — признается Светлана, мать одного из мальчиков. — Сейчас столько вокруг всего, что портит, развращает детей — улица, телевизор, реклама. А в лагере им дают нравственную закалку, мальчики получают мужское воспитание. Моего сына и машину водить учили, и автомат он собирал, и в «ночной дозор» ходил, и православные заповеди изучал. Мечтает теперь снова там оказаться. Там — какой-то особый мир: более чистый, более правильный…

…По дороге в Новониколаевский мы пару раз останавливались, спрашивая дорогу. Встречавшиеся молодые мужчины охотно объясняли, наклоняясь к окошку машины, обдавали нас запахом перегара. Что ж, деревенское пьянство ни для кого не секрет, а тем более в периоды жизненных сломов. Но все же надо выкарабкиваться. Спортинструктор лагеря Анна Ткач рассказала нам, как приходили сюда деревенские бабульки и сокрушались: «Ээх, появились бы вы здесь лет десять назад — у нас бы, может, половина молодежи не спилась бы…»

К православному лагерю и батюшке Сергию местные ребятишки, бывает, прибиваются «сами по себе» и остаются в качестве добровольных помощников. Окунувшись в незнакомую им жизнь с ее правилами, молитвами, играми, требованиями, они становятся ее частичкой и несут потом это в себе.

Бывает, кто-то из приезжих гостей спрашивает о них у вожатых (а у батюшки — о его кровных или усыновленных сыновьях-дочках): мол, это все ваши — или как? В ответ же звучит неизменное:

— А они тут все — наши дети!

P.S. Если кто-то захочет посильно помочь епархиальному благотворительному фонду «Наши дети», то это можно сделать через терминалы для оплаты телефонной связи, коммунальных платежей и т.д. Нажав кнопочку «Другие услуги», выйдете на обозначение «Наши дети». Десять, двадцать рублей — для фонда все будет ценно. Здесь даже действует соответствующий проект «С миру по нитке», благодаря которому удается помогать малоимущим, многодетным семьям. А православный лагерь будет действовать даже зимой.

Людмила Кравченко

распечатать
сообщить об ошибке

Написать

Также в рубрике

«Им так нужны внуки!»

Здесь чисто, по-домашнему уютно, как в хорошем детском саду. Чем-то они, по сути, и схожи: детские садики и центры социальной помощи пожилым людям и инвалидам. Ведь детям и беспомощным людям нужна повышенная доля внимания и заботы. А для стариков одиночество особенно страшно.

Старость могла бы быть в радость

Так считает пенсионерка Валентина Ильинична Илюхина, жительница станицы Багаевской. — Дочь выросла, — рассказывает пенсионерка, — на работу бежать не надо. Дома все удобства имеются, а тут…

Спасибо вам!

Пять лет назад я покинул Усть-Донецкий детский дом и приехал учиться в Ростов. Как и многих студентов, меня поселили в общежитие учебного заведения, но, в отличие от сокурсников, по окончании колледжа мне, сироте, некуда было возвращаться.

Супермодель подарит Новошахтинску парк?

В Новошахтинск пришло сногсшибательное известие: супермодель Наталья Водянова в рамках своего проекта «Игра со смыслом» намерена подарить городу огромный игровой парк стоимостью 400 тысяч евро.

Саманная хата для выдачи паспортов

Посетители территориального пункта миграционной службы в станице Вешенской Шолоховского района рискуют жизнью — саманный дом, выделенный местной администрацией для работы сотрудников УФМС по РО, грозит обрушением.